< №4 (120) Апрель 2014 >
Логотип

ДОСТУПНЫМ ЯЗЫКОМ О ГЛАВНОМ

В рамках пятого сезона «Великопостных концертов», проходящих по инициативе международного фестиваля «Академия православной музыки», 24 марта в Большом зале Санкт-Петербургской филармонии состоялась мировая премьера проекта «Маленькие притчи для детей и взрослых» монаха Варнавы (Санина). Участниками исполнения стали ансамбль Татьяны Гринденко Opus Posth, Андрей Котов – руководитель ансамбля древнерусской духовной музыки «Сирин», выступавший в качестве чтеца, и этномузыкант, мультиинструменталист Сергей Старостин, рассказавший о событии.

– Сергей, как родился проект?

– Его идея витала в воздухе. Я уже давно использую притчи в своих сольных концертах – правда, другие. В обиходе тоже прибегаю к помощи притч, потому что их язык прост, доступен и образен. Воплотить идею предложила Наталья Ильинична Орлова, инициатор возрождения традиции петербургских великопостных концертов. Мне эта тема очень понравилась, я за нее ухватился и обсудил с Андреем Котовым. Дальше появился ансамбль Opus Post и началась репетиционная работа.

– Насколько актуален в наше время жанр притчи?

– Актуален всегда. Равно как и наша вера. Одно без другого не существует. Притчи – это еще и своеобразная проповедь веры в Бога. Они, на мой взгляд, сродни народным песням. Это изложение свода законов человеческой морали в художественной форме.

– Интересно и несколько неожиданно музыкальное сопровождение «Маленьких притч…» – от Генделя и до… Почему именно эта музыка? За исключением сочинений В. Мартынова и А. Айги – сплошь западная традиция.

– Обдумывая музыкальную составляющую, мы, прежде всего, руководствовались своим внутренним слышанием музыки и подбирали то, что наиболее соответствует образам и смыслу сочинения монаха Варнавы. Все отобранные нами притчи читались вслух, обсуждались, и тут же возникали предложения по музыке. Поскольку нас, обсуждающих, было трое, то не так сложно было выбрать нужное и выстроить музыкальную архитектонику. Мы достаточно легко пришли к общему знаменателю.

– В исполнении была задействована Татьяна Гринденко – как и вы, она мастер музыкальных экспериментов.

– Творческая жизнь любого музыканта – это непрерывное движение, обновление. Даже при самых консервативных тенденциях процесс обновления жизненно необходим. Поскольку с юных лет мне нравилось быть участником самых разнообразных проектов, то для меня сотворение музыки – это естественное состояние, и я не обращаю внимания на средства, которыми пользуюсь для осуществления замысла.

– Каковы ощущения от премьеры «Притч»? Реакция публики? Диалог состоялся?

– Премьера – это всегда стрессовое состояние, поэтому играть и одновременно следить за происходящим довольно сложно, тем не менее реакция зала ощущалась. В ней читалось разное – и интерес, и вопрос, и эмоциональный отклик, а иногда и непонимание. Сразу после концерта стали видны сильные и слабые места программы, которые вполне реально преодолеть в дальнейшем. Болезни роста подвержены многие новые проекты, и наш не является исключением. Это вовсе не означает, что надо посыпать голову пеплом. Напротив, я вижу много перспектив, а значит, изначально это была правильная идея. Есть большое желание всячески развивать этот проект дальше, наполнять его новым содержанием, не боясь экспериментировать.

– С годами тяга к экспериментам по-прежнему сильна или все же больше хочется к истокам?

– Эксперименты идут своей чередой. Это необходимая сторона творческого поиска, иногда очень полезная, особенно когда ты уже достаточно опытен и искушен в своем деле и имеешь возможность отделить зерна от плевел. Тогда эксперимент это уже не что-то спонтанное, импровизированное, а еще один этап творческого поиска, развития. Ну а если говорить о моем персональном творчестве, то в своих сольных выступлениях я все меньше экспериментирую и все больше углубляюсь в традицию. Правда, при этом не забываю и об обновлении формы в подаче материала.

– Чем было вызвано желание объединить в собственном творчестве этнику с джазом и другими современными течениями? Вы работали с норвежской вокалисткой Мари Бойн, армянским дудукистом Дживаном Гаспаряном, с ансамблями Инны Желанной, Moscow Art Trio, «Хуун-Хуур-Ту», «Волковтрио» и другими.

– Во всех перечисленных проектах объединение происходило на уровне личностных симпатий, приятия коллег по цеху, внутреннего одобрения процесса творения. В подобной ситуации было совершенно не важно, в каком жанре более искушен твой партнер. Главное, что вы созидаете в полном согласии. Не страшно идти неизведанной дорогой, когда рядом понимающие и уважающие тебя люди.

– В чем заключается притягательность, магнетизм русской этнической традиции?

– Козырь любой национальной традиции – ее натуральность, оригинальность, искренность, связь с землей и связь с космосом. Каждый, кто существует в конкретной традиции, как правило, накрепко связан и с корнями данной культуры, а потому прочно стоит на земле, уверен в себе, в том, что он проповедует. Особенностью русской традиции является ее многоголосная соборная природа, и даже тогда, когда выступает один человек, за ним явственно ощутим народ, который веками вынашивал, создавал и сохранял безусловные художественные ценности.

– Ваши собственные песни известны-любимы-узнаваемы в России. Это ли не лучшая награда автору! Каково ваше самое сильное желание – сверхзадача?

– Я благодарен Богу за все, что удалось в моей творческой жизни, благодарен людям, которые не прошли мимо, благодарен своему народу за его богатейшую культуру, носителем и наследником которой быть и радостно, и ответственно. У меня нет другой сверхзадачи, кроме той, чтобы быть достойным унаследованного богатства и правильно распорядиться им.

– Велик ли сейчас в России интерес к этонокультуре? Как она может развиваться в контексте XXI века? Насколько полным может стать ренессанс?

– Интерес к собственной культуре есть, и это главное. Насколько он велик, покажет время. В последние годы я много езжу по стране и вижу великое множество молодежных инициатив, связанных с национальной культурой. Эти молодые люди талантливы и мастеровиты. Их понимание значения национальной традиции в жизни общества, восприятие своей культуры и существование в ней в чем-то гораздо глубже восприятия моего поколения. Это радует. Это дает надежду на возрождение истинных ценностей русской культуры во всем ее многообразии.

– Мы живем в век доступа к любой информации. Порой она нам абсолютно не нужна, но накатывает помимо нашего желания из самых разных источников. Нынешний человек утратил связь с природой, с традицией, живет под прессингом мегаполисов. Как противостоять этому, чтобы хоть что– то настоящее передалось нашим детям?

– Всякое активное противостояние масс-медиа только отбирает энергию, оно непродуктивно. Главной антитезой может быть лишь укрепление собственных позиций в окружающей тебя человеческой среде – семье, друзьях, профессиональных сообществах. По капле вкладывая в процессы созидания частицу своей души, освобождая себя от лишней информации, опираясь на опыт предков и традиции национальной культуры в становлении и развитии личности, сообща мы можем превратить наши капли в потоки, которые станут спасительными и для наших детей. Нет универсального ответа на вопрос, как спастись, – есть опыт старцев: «Спаси себя сам, и вокруг тебя спасутся тысячи». Наша народная культура транслирует ту же истину. Откройте двери навстречу своей культуре, и поверьте – она вас не обманет.

Русинский Михаил
22.04.2014


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: