< №8 (46) Август 2007 >
Логотип
МЕТОДИКА

ВИЗУАЛЬНЫЙ АККОРД

Методика преподавания художественных дисциплин «Визуальный аккорд» создана преподавателем Орловской школы изобразительных искусств и народных ремесел, ветераном труда Г.М. Бурмаковой. Примечательно, что Галина Михайловна - ученица первого выпуска этой школы.

Сегодня, имея за плечами годы успешной педагогической работы, Галина Михайловна с благодарностью вспоминает своих наставников, которые помогли ей состояться в профессии. Это и преподаватель изостудии В.Н. Воропаев, и школьные педагоги Э.И. и М.М. Галактионовы, и декан художественно-графического факультета Орловского государственного педагогического института И.Н. Лучинина.

Г.М. Бурмакова - давно уже сама любимый учитель для многих учеников. В ее методике важны все элементы образовательного процесса, но, как показалось беседовавшему с ней нашему корреспонденту, пик устремлений – это создание художественного образа.

- Галина Михайловна, необычное название вашей программы рождает слишком много ассоциаций для того, чтобы сразу понять, о чем идет речь.

- «Визуальный аккорд» это программа, прежде всего предназначенная для учащихся детских художественных школ с четырехлетним образованием - с 1 по 4 класс. Охватывает она сразу четыре предмета с еженедельными занятиями по каждому из них: «Рисунок», «Живопись», «Основы композиции» и «Сюжетная композиция». Все предметы между собой очень дружно согласованы – как звуки в музыкальном аккорде (отсюда и название программы). В этой цепочке все взаимосвязано - одно подкрепляет другое, и все элементы обогащают друг друга.

Разъяснение различных технических приемов, элементарной грамоты в рисунке и живописи, где основная задача - отражение окружающей нас действительности, преобразуется в образное решение отдельного предмета или сюжета – превращение его именно в образ - на «основах композиции» и «сюжетной композиции». Основы композиции это общие правила, которые решаются через декоративную и формальную композиции. Сюжетная композиция выделена отдельно, так как она, естественно, использует правила и декоративной, и формальной, и собственно сюжетной композиций. Но в сюжетной композиции эту общность правил несколько труднее осознавать. Обычно детям я говорю, что для того, чтобы понять сходство, надо накрыть (или представить, что накрыли) матовым стеклом картину: тогда вместо конкретных изображений людей, зверей, деревьев, любых предметов мы увидим абстрактные пятна. И вот тогда правила окажутся одинаковыми, если нужно, например, выделить композиционный центр – цветом, фактурой, расположением (существуют разнообразные, но общие для всех трех видов композиции приемы). Без этого знания можно слишком долго идти к истине, многократно «открывать велосипед», а это в данном случае – лишнее: лучше сразу узнать, что есть единство правил. Или, как я еще говорю, есть смысл узнать рамки, для того чтобы выйти за их пределы и получить творческую свободу.

- Насколько свободны ваши дети, которые, как я понимаю, уже давно учатся по вашей методике: чем они отличаются от тех, кто движется по обычной программе?

- Они отличаются, прежде всего, сознательностью своего выбора, если решают продолжить образование в художественной сфере. Они уже знают, чем именно хотят заниматься: дизайном, архитектурой, станковой живописью или рисунком, чего, как правило, не знают традиционно обучающиеся дети, у них бывает путаница в самоопределении. Мои воспитанники не испытывают затруднений в профессиональном выборе.

- Ваша методика, вероятно, лучше других выявляет способности детей?

- Надеюсь на это. Учебные задания по основам композиции решаются на примере декоративных и формальных композиций, благодаря чему ученики осознанно понимают, что такое дизайн. А это важно, потому что сейчас дизайн охватывает практически все сферы жизни человека. И это сознательное управление средой обитания, конечно, дает совершенно другую свободу восприятия окружающего мира. Дети приходят к ней через собственные руки, через чувствование, создание художественного образа. Они начинают понимать суть дизайнерского направления, которое часто остается чем-то смутно-загадочным при обычном подходе к композиции, когда рассматривается только сюжет.

- Используете ли вы на занятиях исторические примеры в качестве поощрения свободы художественного высказывания? Может быть, рассказываете о таких универсалах, каким был, например, Александр Родченко – живописец, график, фотограф, дизайнер (и это еще не все)?

- Для этого у нас есть отдельный предмет – «История искусства». И все исторические примеры изучаются там. Но на подсознательном уровне благодаря многообразию решения образных задач – в разных техниках, композиционных вариантах – многое подразумевается. Есть такое выражение – «Человек понимающий – не всегда человек умеющий, а человек умеющий – всегда человек понимающий». И еще одно: сколько ни говори - «сладкое, сладкое», а пока халву не съешь, не узнаешь. Так и здесь: можно рассуждать о чем угодно, но пока не пропустишь через свои руки, ничего до конца не поймешь, не отличишь один вид композиции от другого.

Занимающиеся по моей методике дети знают не только различные техники и способы организации картинной плоскости, но и понимают значимость их для создания художественного образа.

- И все же, каковы акценты?

- В программе «Визуальный аккорд» я уделила специальное внимание различным направлениям, в том числе формообразованию, разработав особые упражнения и задания, которые оказались очень эффективными. В рисунке обязательно изучаются геометрические тела, которые сводятся всего к пяти группам. И оказалось, что если применить игровые моменты, предложив ребенку, словно жонглеру, мысленно подкинуть эти геометрические тела, чтобы они крутились-вертелись в воздухе, то он прекрасно выстраивает затем архитектурные формы. (Мои ученики такие удивительные проекты изобретают!). Причем, так можно и статику изучать, и динамику, и бионику. Тут важна установка на неограниченность фантазии ребенка.

В целом программа построена на освоении 10 разделов, являющихся основными выразительными средствами изобразительного искусства. И когда ребенок знакомится с этими средствами - фактуры, ритмы, цветообразование, стилизация, формообразование, изображение животных, человека, пейзажа, затем - принципы организации картинной плоскости, и все соединяется в сюжетной композиции или книжной иллюстрации и пронизано психологическим анализом, - он вооружен и как создатель зрительного образа, и как грамотный зритель.

- Психологический анализ: что это в данном случае?

- Это не психоанализ Фрейда, это очень близко подходит к тому, что сейчас делает арт-психотерапия. Недавно у нас было анкетирование в школе, и на педсовете объявили результаты, которые оказались очень интересными. Детей спросили: что вам дает художественная школа, когда вы приходите на занятия? Добрая четверть ответов была такой: когда я прихожу в художественную школу, я успокаиваюсь.

Когда ребенок создает образ – он не только отражает действительность, но и выражает себя, он может проявить любой психологический аспект своей личности. Мы делаем задания – я их называю цветомузыка, – когда через ритм, фактуру, характер линий и пятен нужно выразить нежность и грубость, любовь и ужас, иные состояния. И ребенок имеет возможность в социально приемлемых формах – через бумагу, краски – все это выразить, выплеснуть из себя.

- Ваша программа, насколько я понимаю, не идет вразрез с общепринятой, и, вероятно, их можно безболезненно соединять в каких-то пропорциях?

- Совершенно верно. Тут не игнорируются академические знания, они входят естественной частью в программу, однако расширены задания, развивающие фантазию, воображение, самостоятельность мышления. Показаны рамки, но нет «потолка», нет ограничения в свободе творчества.

- Насколько успешны ваши ученики?

- В предыдущие пять лет среди них было 30 победителей международных конкурсов. Из 16 первых выпускников, обучавшихся по методике «Визуальный аккорд», только двое не выбрали художественную специальность. Остальные 14, пройдя наше Орловское художественное училище, учатся в Академии художеств Ильи Глазунова, в Московском государственном художественно-промышленном университете имени С.Г.Строганова, в Петербургской художественно-промышленной академии имени Мухиной. Очень большой процент тех, кто освоил высший пилотаж. Одна из моих учениц не только закончила Московский архитектурный институт , но и преподает в этом престижнейшем вузе.

Все они, став студентами вузов, отмечают легкость восприятия материала. А если начинают преподавать, то используют и развивают многие мои идеи.

Бугрова Ольга
01.08.2007


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: