< №3 (86) Март 2011 >
Логотип
ПОЗДРАВЛЯЕМ

МУЗЫКАНТОВ-ОРДЕНОНОСЦЕВ ПРИБЫЛО!

21 февраля Дмитрий Медведев вручал в Кремле ордена, медали и дипломы о присвоении почетных званий 36 гражданам России. В этой когорте лучших орденом Почета была отмечена заведующая струнным отделом ДМШ № 3 г.Саратова Елизавета Давидовна Штейнфельд – единственный среди награждаемых представитель музыкального образования.

Преподаватель с 52-летним стажем работы, причем в одной школе (!), а также артистка оркестра Саратовского академического театра оперы и балета (концертмейстер группы вторых скрипок) Елизавета Давидовна Штейнфельд получила не первую государственную награду в своей жизни. «У меня есть почетное звание «Заслуженный работник культуры Российской Федерации» за подписью первого президента России Бориса Ельцина, есть медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени с удостоверением, подписанным вторым президентом страны Владимиром Путиным, и вот теперь орден Почета, врученный Дмитрием Анатольевичем Медведевым», - рассказала Елизавета Давидовна в интервью нашей газете.

Эти награды, по которым впору изучать «наиновейшую» историю России, конечно, неслучайны. Десятки учеников Е.Д. Штейнфельд стали профессиональными музыкантами – исполнителями, педагогами, в том числе работающими в саратовской ДМШ № 3. А еще Елизавета Давидовна – основательница музыкальной династии. Ее дочь Инна Лихт также работает в ДМШ № 3, концертмейстером, а внук и в недавнем прошлом ученик Дмитрий Новиков – лауреат нескольких конкурсов и стипендиат благотворительных фондов Владимира Спивакова и Мстислава Ростроповича – учится в Саратовском областном колледже искусств и с выбором профессии вполне определился.

Одно из главных убеждений Е.Д. Штейнфельд заключается в том, что каждый человек, обучающийся музыке, должен знать свою «музыкальную родословную», которая выстраивается на основе преемственности профессиональных традиций. И потому ей представляется важным, чтобы учитель, сколь бы ни был значителен его авторитет, прививал уважение к своим собственным учителям и учителям своих учителей. Впрочем, это - особенность отечественной музыкальной школы, которая и сильна прямой связью прошлого с настоящим. Так что когда мы связались с Елизаветой Давидовной, чтобы поздравить ее с вручением ордена Почета и расспросить о сегодняшней профессиональной деятельности, она больше, чем о себе, говорила о своем единственном в жизни учителе:

- Я училась у замечательного педагога – глубокого музыканта и прекрасного человека Анны Михайловны Мандель, которой обязана тем, что правильно выбрала свою профессию. Мне несказанно повезло: Анна Михайловна была моей учительницей и в Республиканской музыкальной школе (ныне это саратовская ЦДМШ), и в училище, и в Саратовской консерватории. А она, в свою очередь, была выпускницей знаменитой школы Петра Столярского в Одессе, потом училась в Одесской, а позднее в Ленинградской консерватории, где ее педагогами были выдающийся скрипач Мирон Полякин и Вениамин Шер, и, наконец, в Московской консерватории у самого Абрама Ильича Ямпольского, чье имя является, пожалуй, одним из главных в истории российской скрипичной педагогики. Вот такая у моих учеников «музыкальная родословная». Я всю жизнь рассказываю им всем об Анне Михайловне Мандель, о том, где и у кого она училась, и при этом подчеркиваю: свою родословную надо знать.

Педагогические принципы Елизаветы Давидовны на первый взгляд просты – под ними «подпишется» любой преподаватель. Но в действительности следовать им ежедневно на протяжении полувека умеет не всякий.

- Поскольку я работаю не со студентами консерватории, а с учениками детской музыкальной школы, и ко мне приходят дети и в пять, и в шесть, и даже в четыре года, мне кажется, что в первую очередь надо учитывать индивидуальные психологические особенности каждого ученика. От того, какой контакт я установлю с ребенком, будут зависеть наши дальнейшие взаимоотношения, потому что если ребенок «закрыт», я ничего не смогу от него добиться. Ученик должен чувствовать себя на уроке комфортно, не ощущая ни малейшего давления (уж если я и «давлю», то это заметно только мне, но ни в коем случае не ему). Кроме того, ребенок должен знать, для чего он учится. С этой целью мы в школе, например, очень рано ставим маленьких детей в один ансамбль с взрослыми ребятами, старшими учениками. Во-первых, затем, чтобы они почувствовали свою причастность общему делу. А во-вторых, чтобы как можно раньше начали выступать в концертах и понимать высшую цель, ради которой существует, собственно говоря, вся скрипичная технология, все эти нотки и штрихи, которые они осваивают на начальных занятиях. И еще одно принципиально важно: должен быть контакт с родителями. Если родители ученика - мои единомышленники, значит, мы вместе можем многого добиться.

Это ведь очень и очень сложно - научить маленького ребенка делать нечто именно так, а не иначе, и не дай бог при этом вызвать у него отвращение к занятиям. Мне в этом плане везет. Если даже ребенок не хочет дома заниматься - что вполне объяснимо, потому что это трудно, - то на урок он всегда приходит с удовольствием. Я стараюсь, чтобы ученик входил в класс с улыбкой, и я его всегда встречаю с улыбкой. И уходит он от меня – как бы ни прошел урок – тоже в хорошем настроении, а я провожаю его с надеждой, что он постарается сделать все, над чем мы работали, и у него обязательно все получится. Ребенок должен верить не только педагогу, но верить в себя, в то, что он способный. Вот если говорить о традициях, то я помню, как Анна Михайловна постоянно мне говорила: ты же способная! И я придерживаюсь такого же стиля обращения со своими учениками.

Ну, а что касается сугубо профессиональных навыков, то здесь я снова должна сказать о своем учителе. Я многое помню из того, что рассказывала Анна Михайловна. Например, она часто говорила: а вот Абрам Ильич Ямпольский советовал делать так, - и я иногда цитирую ее на своих уроках. Все мои ученики, даже те, кто не застал Анну Михайловну, знают о ней. И пока она была жива, я всегда ей показывала своих ребят, особенно перед ответственными выступлениями. Она ходила на все наши концерты, и как бы после них меня ни расхваливали, мне было важно узнать именно ее мнение. «Пошла на суд», - говорила я после концерта и шла к Анне Михайловне, с замиранием сердца ожидая, что она скажет.

Многие педагоги сетуют на современных детей, говоря, что раньше они с пиететом относились к музыкальной школе и с большей ответственностью занимались, а сегодня у них на уме одни лишь «компьютеры» и «фабрики звезд». Елизавета Давидовна не склонна разводить «по разные стороны баррикад» детей нашего времени и, скажем так, советской поры.

- Я не согласна с тем, что ученики сейчас так уж изменились, что с теперешними детьми работать труднее. Во всяком случае, не могу сказать этого о своих нынешних учениках. Многое зависит от преподавателя. Если я увлечена своей работой, если знаю, чего от учеников хочу – значит, я этого и добиваюсь. У меня принцип: «делай что должно, и будь что будет». И прежде были и трудности, и радости - и сейчас все это есть. У меня с детьми радостей больше, чем трудностей. Может быть, ситуация изменилась лишь в том, что если прежде дети гораздо раньше приходили домой из общеобразовательной школы, то сейчас школьная программа перегружена: они возвращаются с занятий позже, и у них недостаточно свободного времени, чтобы серьезно заниматься музыкой дома. Кроме того, почти все мои дети учатся в гимназиях, в лицеях. Но - ничего страшного, к этому тоже можно приспособиться.

Наибольшую радость учителю приносят успехи учеников, и Елизавета Давидовна Штейнфельд не исключение. Она помнит, наверное, каждого из десятков прошедших через ее руки скрипачей, и, называя по нашей просьбе некоторых, сокрушается, что «пресса не любит перечислений имен» и приходится себя максимально ограничивать.

- Сейчас в моем классе учатся две девочки, которые уже стали лауреатами международного конкурса, проводившегося в рамках Международного фестиваля славянского искусства в Москве в конце прошлого учебного года: это Арина Беляева и Светлана Занорина. Много замечательных ребят среди бывших учеников, которые окончили престижные учебные заведения – Московскую консерваторию и Институт имени Гнесиных и также становились лауреатами конкурсов. Невозможно не назвать Сергея Хворостухина, он работает сейчас в Германии, или Евгения Сыркина, работающего в Испании. Училась у меня замечательная девочка Нелли Федорова: одно время она была концертмейстером камерного «Вивальди-оркестра» под управлением Светланы Безродной, а теперь живет в США и продолжает играть в оркестрах. Были у меня и чудесные ребята Николай Крапивин - он сейчас как аспирант учится в Москве и уже работает в оркестре, Михаил Буневицкий - артист оркестра Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко, сестры Ульяна и Александра Кислицыны, окончившие Московскую консерваторию. Лауреаты множества конкурсов Никита Олиневич и Андрей Кузнецов в настоящее время тоже учатся в Московской консерватории. И еще много учеников, которых я бы могла назвать. Например, мой бывший ученик есть даже в ансамбле ВДВ «Голубые береты»: это заслуженный артист России Денис Платонов.

В своей речи во время церемонии вручения государственной награды Елизавета Давидовна говорила об опасностях, которые подстерегают детское музыкальное образование, если у него останется статус дополнительного и если, как это предполагает готовящийся новый закон об образовании, детей будут учить музыке, начиная с 15 лет. Эти «слова заступничества» на самом высоком уровне могли и не звучать в праздничный день. Однако прозвучали, что вызывает дополнительное уважение к педагогу, посвятившему свою жизнь вдохновенному честному труду.

Бугрова Ольга
10.03.2011


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии:

R.Gulizar | 02.06.2011 17:43

Только вместе мы сможем отстоять муз.школы,А мнение таких замечательных педагогов должно быть учтено.

Ответить