< №5 (143) Май 2016 >
Логотип

ТРИУМФ ДЖЕМА

Фестиваль «Триумф джаза», уже более десятка лет проводимый Игорем Бутманом и его командой, – мероприятие приятное и интересное. Однако в этом году оно стало настоящим культурным событием.

Такого не было никогда. Среди хедлайнеров оказался американский коллектив Medeski, Martin & Wood. Впервые в России – коллектив, который играет сугубо импровизированную музыку в формате трио орган – бас – барабаны и называется джем-бандом. В конце 90-х сложилось целое направление таких «бандов», внезапно обретших большую популярность.

Корни джем-банда уходят в 60-е, в англо-американский психоделический рок. Например, Grateful Dead. Эта важная для контркультуры и хиппи американская группа давала затяжные концерты, импровизируя в широких рамках от кантри и блюза до джаза. Второй корень – джазовые органные трио, популярные в 50-е. Джимми Смит и ему подобные. Трио обычно – хаммонд-орган, контрабас и барабаны. Или минус барабаны/контрабас и плюс какой-нибудь мелодический солирующий инструмент: саксофон, флейта, гитара. Поспособствовал их развитию экономический фактор, ибо такой маленький состав – это маневренно и недорого.

Группа Medeski, Martin & Wood собралась в 1991 году. Ее участниками стали Джон Медески, играющий на фортепиано и органе, барабанщик Билли Мартин и контрабасист Крис Вуд (позже стал играть и на бас-гитаре). В 1992-м они выпустили дебютный альбом с названием, позаимствованным у Достоевского: Notes from the Underground («Записки из подполья»). Они действительно тогда были подпольем-андеграундом. После «Записок» последовало еще несколько альбомов на независимых лейблах, и наконец в 1998 году контракт с ними заключил статусный джазовый лейбл Blue Note. В ту пору Blue Note – часть мейджора EMI, то есть альбомы MM&W могли продаваться по всему свету. Появились они и в России, где, кстати, привлекли внимание разной аудитории – от любителей авангардного джаза до юных поклонников альтернативного рока и хип-хопа. В этом и состояла цель музыкантов: размыть границы жанра, играть свободно, страстно, в общем – радовать любую публику. MM&W еще и с коллегами по цеху очень хорошо взаимодействовали. В американском джазе есть некоторое противостояние условных «традиционалистов» со столь же условными «авангардистами» (отличия обычно только во внешнем виде). А Джон, Билли и Крис играли и записывались и с «боппером» Джоном Скофилдом, и с авангардным Джоном Зорном.

В одно время с MM&W прославились еще несколько хороших коллективов, играющих в схожем джем-бандовском ключе. Например, Soulive. Они были даже более хип-хоповые, бодрые и молодежные. Но живые классики – MM&W, а не кто-либо еще из той волны.

Возвращаясь в Россию. У нас очень хорошо пошел альбом трио Uninviseble 2002 года. Предпринимались попытки устроить концерт трио, но оказалось, что в то время MM&W стали просить заоблачные гонорары, и затея отложилась почти на полтора десятка лет. В конце концов мы их увидели, живых классиков.

На «Триумфе» все выступают два раза, в большом зале и в клубе Игоря Бутмана (но именно эти выступления MM&W воспринимаются как компенсация за годы ожидания). Программы получились совершенно разными. Первый концерт, в Светлановском зале Дома музыки, – нечто чинно-блюзовое. Хотя, конечно, с жарким дыханием нью-йоркского андеграунда. Играли минут сорок, публика, похоже, оценила, но все-таки в таких залах больше ценят биг-бенд Бутмана или Вадима Эйленкрига. «Мы тоже не очень любим такую <реакцию публики>, – признался мне Джон Медески. – Все сидят, молчат, хлопают вежливо… Но вроде бы людям понравилось». «Да это ничего, – уверяет Билли Мартин. – Мы за двадцать лет к любой публике привыкли. Мы можем раскачать любой зал!»

На следующий день трио играло в клубе, и это уже была, как сейчас принято говорить, другая история. Биток. Все стоят, наступая друг другу на пятки. В гардеробе кончились номерки. Притом что даже простой входной билет недешев, не говоря уже о бронировании столика и так далее.

Сам концерт начался с настоящих чудес. Как будто сон или параллельная реальность. Медески берет какие-то мятущиеся созвучия на органе. Крис Вуд играет свободно. Вроде бы разминаются. Но появляется грув. Какое-то «Волковтрио» – мне вспомнился этот питерский коллектив. Но не сразу замечаешь самого Владимира Волкова, фотографирующего музыкантов на сцене. А позже замечаешь и самого Леонида Федорова из группы «АукцЫон». MM&W хоть и не выступали в России, но Джон Медески с гитаристом Марком Рибо играли на одном альбоме группы «АукцЫон». Любителям русского рока, наверное, все равно, что там за американцы-авангардисты играют с их кумирами, но для музыкантов «АукцЫона» это явно стало вехой в творчестве.

MM&W в клубе – два часа грува и жарких импровизаций. Новые композиции, старые композиции; четкие риффы сменяются свободными импровизациями. Джон Медески переключается с органа на рояль, на котором играет правильным – классическим – звуком. Крис Вуд меняет контрабас на фендеровскую бас-гитару – для рокового звучания. Два часа полнейшего музыкального разнообразия заставляют раскачиваться даже сидящих за столиками. 

Беляев Александр
31.05.2016


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии: