< №1 (106) Январь 2013 >
Логотип

ОЛЬГА РУДНЕВА И ЕЕ ВЕЛИКОЛЕПНАЯ ВОСЬМЕРКА

«Ансамбль виолончелистов Санкт-Петербурга под управлением Ольги Рудневой» – яркий, необычный коллектив: редкий состав (8 виолончелистов и пианист), сочетание традиции и эксперимента, эксклюзивный репертуар из 300 произведений разных стилей и жанров.

Концертная деятельность и организация международных композиторских конкурсов, просветительство и популяризация виолончели – основные направления в творчестве ансамбля. Его создатель, художественный руководитель и одна из солисток – Ольга Ивановна Руднева, преподаватель и ведущий методист в Санкт-Петербургском музыкальном колледже им. Н.А. Римского-Корсакова, творческая личность с большим педагогическим и исполнительским опытом. И очень интересный собеседник.

– Домашнее ансамблевое музицирование, к сожалению, забытая культура. Но недавно появился интерес к ансамблевой игре, «спрос», как сейчас говорят.

– Всем известно, что история повторяется, движется по спирали. Цикличность и в искусстве, в музыке. Можно сказать, наступает пресыщенность или, наоборот, голод. Еще одно объяснение: стало настолько трудно жить, что даже музыканты пытаются объединиться: так легче выжить.

– Расскажите, как появился ваш ансамбль.

– Это проект для души, ну и немного для зарабатывания денег.

Камерным ансамблем я увлеклась со студенческих лет. С энтузиазмом играла в разных составах, оркестрах. По окончании училища им. Римского-Корсакова поступила в консерваторию и начала преподавать в музыкальной школе при училище: единственная со всего курса получила направление на работу в Ленинграде. Сначала руководила детским ансамблем, играла в нем сама. Совместное музицирование сближало учеников, взращивало любовь к виолончели, музыке. Мы часто выступали, исполняя довольно сложные программы, с успехом играли в Великобритании, Германии. Многие из тех учеников стали профессиональными музыкантами.

Несколько лет проработав в оркестрах, поняла, что игра в ансамбле мне интересней. Другие ощущения, можно создать что-то новое, каждый участник – солист в диалоге с другими. В 2000 году занялась созданием профессионального коллектива из восьми человек.

Разные музыканты пробовали участвовать в нем. Ответственное отношение к проекту, влюбленность в свой инструмент, желание профессионального роста очень важно. Большое значение имеет школа. Иногда музыканты одного ансамбля звучат и смотрятся «разношерстно», а бывает – испытывают друг к другу неприязнь. В нашем коллективе нет зависти и авторитарности, все дружелюбны и доверительны, имеют одинаковую возможность самовыражения на сцене; они не просто профессионалы, единомышленники, но хорошие люди. Это дорогого стоит! Почти все в прошлом мои ученики. И фактически вся деятельность ансамбля выстраивается мною. Это нелегко, и участники помогают по мере сил. Но все меняется, возникают другие планы, некоторым хочется денег больше, чем искусства, у каждого есть своя жизнь. Я понимаю неизбежность этого процесса и вынуждена «разруливать». Педагогическая «хватка», наверное, превалирует над организационной: практики больше. (В детском ансамбле было легче: субординация позволяла наладить процесс более организованно.) Я не отказалась бы от услуг профессиональных продюсеров и меценатов. Но это должны быть люди увлеченные тем, что делаем мы. Многие коллективы осуществляют свою деятельность сами именно потому, что хотят самостоятельности: в выборе концепции, репертуара, концертных площадок и т.д.

– Кто из учителей, исполнителей больше всего повлиял на вас, в том числе и на ваши педагогические принципы?

– Мне очень повезло с учителями, они оказали влияние на мой профессиональный выбор. Это Ю.А. Фалик, М.В. Карандашова, В.Ю. Овчарек, Г.И. Ганкина, И.Д. Михайлов, Д.А. Румшевич, В.А. Маркин, К.В. Кучеров, Э.З. Эстрина, К.Я. Яркова... Отзывчивость, доброта, скромность, остроумие, интеллигентность, эрудиция – личностные качества тех, с кем мне посчастливилось соприкоснуться в студенческие годы.

С детских лет моим кумиром был М.Ростропович, хотя он не единственный исполнитель, кто повлиял на меня как на музыканта. Его одержимость виолончелью, энергетика, техничность исполнения всегда изумляли. Я интуитивно чувствовала какое-то родство, общность в игре, возможно, это связано с одинаковым мироощущением. Позже, учась в Ленинградской консерватории у Ю.А. Фалика, который был аспирантом в классе М.Л. Ростроповича, я ощутила продолжение этой связи. Мне довелось принять участие во Втором международном конгрессе виолончелистов в Санкт-Петербурге в 1997 г. и выступить с маэстро и другими выдающимися виолончелистами на сцене Большого зала филармонии.

Мои педагогические принципы сформировались за много лет. Главный из них «не навреди». Второй – любого ученика надо любить. Учить всех одинаково профессионально и качественно. Не показывать свое превосходство, не унижать, не кричать, не давить. А влюблять в виолончель, в музыку, в искусство. Маленьких только хвалю. Но до определенного возраста.

– Как и когда, вы считаете, необходимо приобщать учащихся к коллективному исполнительству?

– Игра в ансамбле повышает интерес детей к занятиям музыкой, поэтому начинать следует как можно раньше: развивается ладовый и гармонический слух, чувство ритма, умение читать с листа, что важно для будущих оркестрантов, эмоциональность, воображение, расширяется музыкальный кругозор. Но важно правильно подобрать посильный для учеников репертуар.

– Современные школьники и студенты в постоянном цейтноте из-за большого объема программ. Нет времени для творчества, музицирования. Надо, вероятно, пересмотреть учебные планы?

– Вопрос пересмотра программ, особенно в ДМШ, назрел давно, и западные методики здесь могут быть полезны: в учебные планы общеобразовательных школ там введены обучение игре на музыкальном инструменте по выбору ребенка, занятия в ансамбле и оркестре. Взращиваются небезразличные к искусству поколения, умеющее слушать, понимать музыку и, что важно, интонировать.

Российская модель – это ДМШ, ДШИ, лицеи с музотделениями. Их задача дать дополнительное образование. При этом преподаватели должны серьезно относиться к подготовке перспективных учащихся для дальнейшего их профессионального обучения. Но правильнее было бы дифференцировать программы и создавать группы школьников с учетом их желания и возможностей. Это облегчит работу педагога, сделает ее более радостной для учеников. Детям важно, чтобы их хвалили, это повышает самооценку и необходимо для формирования самостоятельной, уверенной в себе личности с активной жизненной позицией. Интерес к музицированию, творчеству появляется тогда, когда есть успех. Одинаковые требования для учеников с разными способностями не могут дать положительного результата для всех. Отсюда и разочарование, нелюбовь к обучению, стрессы у детей.

В среднем и высшем звене, понятно, такая форма не подходит. Учебное заведение дает диплом, и свою квалификацию надо подтверждать знаниями и умениями. С низким уровнем подготовки мы обрекаем молодых специалистов на безрадостное существование, когда невозможно найти достойную, интересную работу. А быть музыкантом или художником – это образ жизни. Но подчас мы выпускаем исполнителей, а не музыкантов. Думаю, это связано и со слабым по музыкальным данным контингентом. В сегодняшних условиях экономической и политической жизни с последствиями демографического провала перестроечных лет приток абитуриентов в средние и высшие учебные заведения упал. Отсюда цейтнот и неоправданная трата сил преподавателей и студентов. Педагоги пытаются удержать не всегда лучшие кадры ради сохранения нагрузки. Все знают, каковы зарплаты у учителей. Хочется надеяться, что ситуация изменится к лучшему. Многое зависит и от того, как государство поддерживает культуру, определяет приоритеты в духовном развитии нации.

– Ваш коллектив создавался в то время, когда в Петербурге уже существовал и существует сейчас Ансамбль виолончелистов А.Никитина, исключительно мужской коллектив.

– Ансамбль А.П. Никитина всегда состоял из студентов и аспирантов, где неизбежна так называемая текучка кадров. Были годы, когда в нем играли, будучи студентами, такие яркие музыканты как А.Массарский, Л.Горохов. Ансамбль блистал. Затем годы затишья. Репертуар с тех пор практически не изменился. Это скучно. Сейчас ансамблем руководит Дмитрий Еремин, бывший ученик А.Никитина. Желаю ему успеха в этом нелегком деле. «Ансамбль виолончелистов Санкт-Петербурга» – профессиональный коллектив с совершенно другими целями и установками, поэтому мы друг другу не конкуренты.

– Программы ваших концертов всегда интересны и разнообразны, много джазовых композиций, это потому, что руководитель любит джаз?

– Джаз обожаю, мои музыканты тоже неравнодушны. Но исполняем его пока не так профессионально, как хотелось бы. Сказывается академическое образование. Однако для аудитории важна хорошая музыка, драйв, наши некислые лица, контакт с залом. Джазовые композиции ставим в финале концертов, как десерт. Вообще, составить программу очень сложно. Наш слушатель имеет разные предпочтения: классика, модерн, популярная музыка, джаз - приходится поломать голову. Органичное сочетание всего этого в одном концерте – наш стиль. В конечном счете, все уходят довольными, с ощущением праздника в душе. Иногда мы ставим в программу смешные пьесы с программным названием – веселятся и взрослые, и дети. Но концерты для детей – это не всегда только непринужденная и веселая музыка. Ребенок должен уметь сопереживать, радоваться и грустить. Для детей-сирот, инвалидов, многодетных семей мы выделяем бесплатные билеты.

– В училище вы факультативно занимались композицией. Нет желания сочинить что-то для своего ансамбля?

– Мне нравилось сочинять: инструментальные пьесы, больше для виолончели, хоровую музыку, небольшие ансамбли. Но с особенным удовольствием я общалась с педагогом по композиции Г.И. Уствольской. Интеллигентный, сердечный человек, талантливый композитор, она всегда находила именно то направление, которое было необходимо для моего личностного роста.

Мы активно сотрудничаем с композиторами Петербурга и других регионов, играем много новой хорошей музыки – это одно из главных направлений, определяющих успех коллектива. По сути, мы выполняем историческую миссию: создаем репертуар для ансамбля из 8 виолончелистов. Это труднее, чем играть аранжировки, но интереснее. А мой прошлый опыт, безусловно, полезен в работе с ансамблем и с учениками. Иногда вношу не без помощи ансамблистов некоторые поправки в нотный текст, согласовав их с композитором.

– Что было важного для вас в ушедшем году?

– 2012 год был знаменателен организованным нами Международным конкурсом композиторов им. Ю.Фалика, это уже второй наш конкурс. Он прошел с огромным успехом и вызвал большой интерес у публики. Сейчас готовимся к записи диска из произведений композиторов-лауреатов.

Чистова М.
29.01.2013


Оставить отзыв:

Комментарий::


Комментарии:

Дмитрий | 22.02.2013 12:48

Я большой поклонник этого коллектива. Здорово, что появилась эта статья, так как про ансамбль пишут редко и только сообщения о не частых его выступлениях. Читаю и думаю, что словами не передать какую нагрузку несут на себе эти музыканты. Они не прикрыты деньгами, не избалованы вниманием властей, но делают намного больше всех других камерных коллективов Петербурга вместе взятых. Это настоящий подвиг - такое каждодневное нервное напряжение. Спасибо Вам, Ольга Ивановна!

Ответить

Гость | 31.10.2018 23:58

Спасибо Вам за отклик на статью-интервью! И Вы абсолютно правы - коллектив и сама Руднева - настоящие "передвижники" от музыки!

Ответить

Гость | 31.10.2018 23:58

М.Чистова

Ответить

Гость | 10.11.2018 02:06

Ольга Руднева - обыкновенная аферистка. Ансамбль создал совсем другой человек и Международный композиторский конкурс организовал он, он его оплачивал, и награждал лауреатов денежными премиями из своего кармана, и репертуар создавал и работал с композиторами. Это продюсер Макс Иванов. Он организовывал концерты, платил за рекламу. Ансамбль развалился, поскольку Руднева - рядовой участник ансамбля, не вложив в развитие проекта ни копейки, решила стать акционером и соответственно получателем прибыли.

Ответить

Гость | 10.11.2018 02:03

Ольга Руднева - обыкновенная аферистка. Ансамбль создал совсем другой человек и Международный композиторский конкурс организовал он, он его оплачивал, и награждал лауреатов денежными премиями из своего кармана, и репертуар создавал и работал с композиторами. Это продюсер Макс Иванов. Он организовывал концерты, платил за рекламу. Ансамбль развалился, поскольку Руднева - рядовой участник ансамбля, не вложив в развитие проекта ни копейки, решила стать акционером и соответственно получателем прибыли.

Ответить